Домой

014

Есть садились только все вместе – мать готовит еду, и говорит: «кушать!». Вся семья сходится за столом. Если мы (я или старшая сестра) гуляем, то нас зовут из окна. Мы всегда бежали есть, когда нас звали. Ответ: «я не хочу, я хочу гулять» - не принимался, сначала я должна была поесть, а потом гулять. Быстро есть тоже нельзя было – отец говорил, что я веду себя неподобающе, быстро есть нельзя.

За столом существовали такие правила, в основном их устанавливал отец:

1. Нельзя чавкать – никогда. Это вызывало бешенство у отца. Я помню, что когда приходила моя старшая сестра (она очень часто чавкала), отец иногда даже выгонял ее из-за стола за то, что она «ест как свинья». Я потом тоже стала испытывать раздражение, когда сестра чавкала, и орала на нее, чтобы не чавкала. Сестра начинала только громче чавкать, если рядом не было отца. Тогда я звала отца и он орал на нее, выгонял из-за стола.

2. Нельзя, чтобы ложка касалась зубов и слышен был звук удара ложки об зубы. Помню дословно, как отец нам это говорил. Это часто делала мать – и когда он делал ей замечание, она ела аккуратно. Я помню как она медленно подносит ложку ко рту, чтобы случайно не дотронуться ею до зубов.

3. Нельзя перекладывать еду другим в тарелку без разрешения

4. Нельзя складывать кости на стол, только в отдельную тарелку

5. Если мать готовила суп и еще что-то, все должны были есть сначала суп, потом второе.

6. Все должны садиться за стол каждый на свое место

7. После еды все должны сказать: «спасибо, мама, было очень вкусно». Если кто-то выбегал из-за стола, гулять, например, и забывал сказать «спасибо, мама», то отец кричал ему вдогонку – «а ты спасибо не собираешься говорить?». Тогда этот человек возвращался (или с порога) и кричал «спасибо, мама». Я не помню, распространялось ли это правило и на отца.

Отец всегда садился за стол на одно и тоже место – никто не мог сесть на его место. Если кто-то садился, то он всегда говорил: «ну, ты че? Это мое место, проваливай давай», или: «ну… ты уже папа?»

Я жила с уверенностью, что мой отец воспитывает нас как можно лучше. Я даже не спрашивала у других детей, есть ли у них в семье такие правила. Даже, если у других и были правила поведения за столом, то наверное они не были такими жесткими и их не придерживались так строго. Мой отец реагировал на нарушение как комендант в тюрьме строго режима. У него искажалось лицо, оно становилось очень злобное и раздраженное, он мог начать орать. Или мог сесть, закрыть лицо руками и молчать, пока все не прекращали есть и каждый панически не начинал искать что он делает "не так".

Отец разрешал нам "посвинячить". Я так это и запомнила, как он говорил: «Я же вам разрешаю иногда посвинячить». Т.е. подразумевалось, что он нам иногда разрешает не соблюдать правила. Это легко вписывалось в его позитивный образ. Я помню, КОГДА он разрешал нам посвинячить. Например, иногда он или мать жарили семечки, и тогда мы всей семьей садились за стол и ели их, складываю шелуху на стол, без тарелочек, и некоторые скорлупки летели на пол. Это и называлось «посвинячить». Т.е. вроде как делать то, что мы хотим. При этом отец обожал есть семечки. Семечковая шелуха очень легкая и разлетается от малейшего движения воздуха. И даже если их есть аккуратно, то при все равно на пол будет попадать часть шелухи. Т.е он разрешал нам мусорить на пол, когда он сам тоже это делал. Он не мог сказать: «Я буду есть семечки, а вы нет», потому что это вызвало бы кучу вопросов. Ясно, что «есть семечки всей семьей так, чтобы некоторая шелуха летела на пол» это не то же самое, что «я разрешаю вам делать то, что вы хотите». Это не проявление человека, который хочет чтобы его дети делали то, что хотели, хотя бы иногда.